Наппельбаум, Сергей Люберецкий и
Д. Шостакович
Оксана Дворниченко искусствовед, художник кинодокументалист поставила передо мной задачу: «100 винтажных отпечатков с оригинального негатива Моисея Наппельбаума с изображением Дмитрия Шостаковича должны выглядеть так, как будто их сделал сам Наппельбаум в то время».
Забегая вперед, скажу, вдова Д.Шостаковича Ирина Шостакович, купив у меня один отпечаток размером 50х60 см., призналась в том, что подобную просьбу с ее стороны так и не смогли выполнить во Франции. Неизменно получались отпечатки с явными признаками «новодела».
Так в чем – же была проблема?
Моисей Наппельбаум начинал свою творческую карьеру фото-лаборантом. В то время секреты этой профессии охраняли строже, чем у ювелиров или позолотчиков. Стоимость фотографий была высокой. В фото-студиях не делали «фоток». Там работали настоящие художники. Люди шли в фотографию за искусством. Даже ретушер был обязан иметь художественное образование.
Наппельбаум был не только первым в области досконально изученной, им фото - химической обработки материалов. Он был первым «революционным» фотографом, отошедшим от академической схемы освящения.
Съемка производилась с помощью одного самодельного источника света мощностью в один киловатт. Вот тут и был скрыт главный «секрет фирмы». В самодельном источнике, видом как тазик и прикрытым тканью, мощность была набрана несколькими лампами. Получался свет рассеянный. Похожий на солнечный. Одно «НО» очень контрастно.
Главной ошибкой современной печати и была контрастность. Изучив в музее Глинки настоящие подлинные отпечатки и негативы, я понял - Наппельбаум не делал очень контрастных работ, как его представляют сегодня. Он для этого имел в своем арсенале серьезные познания в химии. Отпечаток вытягивался плавно в проявителе. В некоторых случаях Наппельбаум использовал художественные кисти для создания плавных переходов, макая их в проявитель собственной рецептуры.
Всем понятно – чем дальше объект от осветителя – тем он темнее и контрастнее. Портрет Дмитрия Шостаковича, наверное, самый сложный пример творчества Наппельбаума. На переднем плане черный стол – символ рояля. Шостакович сидит, облокотившись на него рукой – это второй план. Черный костюм с бликом на пуговице и белая рубашка – для ручной печати просто не вероятный максимальный диапазон контрастов, но главное – очки!
За черной оправой очков со стеклами выразительный вдумчивый взгляд Шостаковича. Павильонные фотографы, зная проблему фотографирования людей в очках, имели специально оправы без стекол. Наппельбаум не только решил сложную композиционную задачу – он мастерски осветил лицо. Сегодня, не работавшие профессиональной павильонной камерой 13х18 см., не смогут себе представить всю сложность такой съемки. Задний план решен в воздушном динамичном стиле.
Ручная пресс печать 13х18 в контакт не позволяет вводить поправки в оригинальный негатив. При попытке пропечатать лицо исчезал костюм. Стол и локоть становились черными. Рука просто белым пятном. Пропечатывая руку, терялся фон, и темнело лицо. Не говоря о таких деталях, как пуговица на костюме. Исчезал рукав белой рубашки и главное взгляд за стеклами очков.
Поражало одно – на негативе все детали были видны!
Стало ясно, современные материалы и технологии не годятся. Начался поиск по «дедам» на вернисаже. Старые «дедовские» запасы тоже не приносили желаемых результатов. То слишком вялый отпечаток, то вуаль, то контраст.
И вот когда все режимы вроде перепробованы, а результата нет, появился свет в конце туннеля. «Кремлевский» фотограф пенсионер имел дома запас специальной фотобумаги для политбюро. Особое качество достигалось повышенным содержанием серебра и тщательностью изготовления.
О, чудо в конце беседы «Кремлевский» фотограф дарит мне секрет проявителя Наппельбаума!!!
Все гениальное, как всегда оказалось просто!
На эту работу у меня ушло несколько месяцев. Более 1000 проб и ошибок. Сто коллекционных отпечатков +2шт. проекционные 50х60см., отобраны лично Оксаной Дворниченко из 300. Остальные уничтожены.
CD диск о Дмитрии Шостаковиче получил Гран приз в Лувре «Классика в образах». Оригинальный тираж в 100 экземпляров был мгновенно куплен коллекционерами и ведущими музеями мира.
http://www.dsch.multimedia.ru/index.html
P.S.
Информация для тех, у кого есть этот альбом. На обороте фотографии стоит синий штамп с моей настоящей фамилией, в подтверждение о печати с оригинал негатива Наппельбаума. «Люберецкий» мой псевдоним по месту рождения.
Для тех, кто хотел - бы иметь эту фотографию. Увы, извините. Целый ряд авторских прав не позволяет сделать еще копии.
То, что за этот период нигде не появилось ни одного такого отпечатка - гарантия порядочности и соблюдения условий авторского договора на коллекционный тираж.
Сергей Люберецкий 14 ноября 2010 года.